ИВАШЕНКОВА Н.В.
  УСИЛЕНИЕ БИБЛИОТЕЧНОЙ ЦЕНЗУРЫ  В РОССИИ
В 30-Х ГГ. ХХ В.

         В первые годы Советской власти цензура библиотечных фондов осуществлялась преимущественно по специальным инструкциям, составлявшимся Главполитпросветом РСФСР и ЦБК и утверждавшимся наркомпросом РСФСР. Отделы ГПУ (ВЧК) и Главлита периодически проводили на местах ревизии книжного фонда библиотек. Главной задачей этого периода являлась очистка библиотек от монархической, религиозной, эсеровской, меньшевистской и другой контрреволюционной литературы, а также изданий, "возбуждающих националистический фанатизм" и "носящих порнографический характер". 
        В 30-е гг. масштабы цензурного надзора за библиотеками были расширены. Кроме названной литературы из библиотечных фондов изымались книги и брошюры так называемых "врагов народа", произведения печати, направленные "против существующего в Советском Союзе социалистического строя, против политики партии Ленина-Сталина и Советского правительства". В 1938 г. Главлит даже переименовывается в Главное управление по делам цензуры при СНК СССР.  При нем создается отдел по изъятию запрещенных произведений печати и искусства.
Цензурные изъятия в библиотеках в этот период проводились по периодически рассылавшимся в библиотеки спискам книг, подлежащих немедленному удалению из библиотечных фондов. Первоочередное внимание было уделено очистке от политически вредной и устаревшей литературы массовых библиотек. Отличительной особенностью этих списков было указание фамилий авторов, все книги, брошюры, портреты и другие издания которых должны были полностью изыматься из библиотечных фондов. Подобная литература изымалась также из научных, специальных и других библиотек. Изымаемые произведения печати уничтожались, и лишь отдельные их экземпляры передавались на хранение в спецхраны, организованные при ГБЛ, ГПБ и некоторых других крупных библиотеках. 
        В период массовых чисток из общественного использования изымались тысячи названий и миллионы экземпляров книг, брошюр, журналов, газет и других произведений печати. Так, только за 1938-1939 гг. Главлитом и его отделениями на местах было издано “199 приказов на изъятие произведений 1860 авторов”. По всей стране из библиотечной и книготорговой сети “изъято по этим приказам 24138799 экземпляров”.
        Очистка книжных фондов библиотек продолжалась и в последующие годы. Ее деятельно проводил Главлит и его органы на местах. Так, Чкаловский обллит предписал районным отделам в 1941 г. “проверку и очищение библиотек и книготорговой сети проводить систематически” и представлять на утверждение все списки изъятых произведений печати. Только с января по октябрь 1941 г. обллитом было проверено 1502 библиотеки и изъято литературы 23304 экз. По Москве и области в первом квартале 1941 г. “было изъято 23996 экземпляров”по спискам, составленным еще в 1938-1939 гг. Главлит критиковал Мособлгорлит за отставание в изъятии литературы из библиотек, отмечая, что в некоторых библиотеках Москвы и области все еще имелись “книги врагов народа Бухарина, Каменева, Сокольникова, Рудзутака, Уншлихта и др.”.
        Подобные массовые изъятия книг из библиотек приводили к опустошению их книжных фондов, что сказывалось на уменьшении числа читателей и книговыдач,  общих объемах библиотечных фондов. Строго ограниченным был и порядок пользования “спец-хранами”, хранившаяся в них литература мало использовалась.
        Цензурные изъятия книг из библиотек в 30-х гг. во много раз превосходили подобные меры, проводившиеся в дореволюционной России царским правительством. В их ходе из общего пользования читателей было исключено значительное количество изданий выдающейся научной и художественной ценности. В зарубежной демократической печати цензурные акции в советском библиотечном деле квалифицировались, как “культурное варварство”, книжный геноцид и др.  
уникальное электрическое отопление квартиры смотри
Hosted by uCoz